«Итак, кто во Христе, тот новая тварь. Старое прошло, теперь все новое» (2Кор. 5:17).
Когда мы обращаемся к Богу, наша жизнь необычайно меняется. Последствия прежней жизни смываются, и, очищенные, мы входим в совершенно новые и удивительные взаимоотношения с Иисусом. Внезапно перед нами открывается будущее, которого теперь не нужно бояться. Наше прошлое, наше настоящее, наше будущее – все изменилось.
Если обращение было неожиданным и ярким, в течение какого-то времени у нас может быть чувство, что мы теперь абсолютно новые люди, и последствия нашего прошлого полностью аннулированы. Однако в определенный момент большинство обращенных начинают замечать, что не все в их личности тотчас стало «новым творением», и многое еще предстоит вызвать к жизни. Наша «ветхая природа» в некоторых моментах лишь ослабила свою хватку, а полностью освободиться от нее возможно лишь постепенно, входя в более тесное общение с Господом.
И, тем не менее, наше будущее удивительно. В прошлом дебри греха и поврежденности настолько заполняли тропы нашей жизни, что порой казалось, будто измениться мы не в силах. Сейчас Бог как бы дает нам новый путь, и мы можем и начинаем меняться. Более того, нам открывается, что Он обеспечил нас всем необходимым для преодоления стоящих на нашем пути препятствий. У нас есть средства и сила для победы над страхами, упрямством и нерешительностью.
Во время обращения власть прошлого упраздняется не полностью. Необходимо пройти через постепенное освобождение от «старого», а это долгий процесс, гораздо дольше, чем нам бы хотелось. Этот процесс проходит в два этапа: во-первых, нам надо обнаружить, что еще владеет нами; и, во-вторых, мы должны решиться оставить это. И то, и другое нелегко.
Я заметил, что над мужчинами, преодолевающими гомосексуальность, могут по-прежнему довлеть три призрака прошлого, которые препятствуют им стать теми, кем их видит Бог. Это детские зароки, непрощение и ложное «я».
Детские зароки
В прошлом мы часто желали обезопасить себя, и потому совершали некоторые поступки, ведущие к развитию гомосексуальности. Так, мы избегали ситуаций, казавшихся нам угрожающими. Мы разрывали отношения, в которых чувствовали отвержение. В определенных ситуациях мы решали, что будем избегать боли. Если ты из раза в раз ведешь себя определенным образом, формируется определенная модель поведения на всю жизнь.
Некоторые из решений, принятых нами, имели далеко идущие последствия. В нашем служении мы называем их зароками детства. Их отличительная особенность - использование слов «никогда» и «всегда» (или их эквивалентов).
Чтобы объяснить это на примере, расскажу о двух зароках, которые я сделал в детстве. С ранних лет был свидетелем горячих словесных перепалок между матерью и отцом. Возможно, это было связано с тем, что наша семья стала ненормальной из-за депрессии папы. Однажды вечером я лежал в своей кровати и, слыша их очередную перебранку, сказал себе: «Они не смогут сделать мне больно. Больше никто и никогда не сделает мне больно». Помню, какое чувство удовлетворения охватило меня после этих слов. Мой зарок сработал. Больше их ссоры не причиняли мне никакой боли. Но это решение закрыть для них сердце имело далеко идущие последствия, о которых не подозревает ни один ребенок. Я зарекся, что больше никому не позволю делать мне больно, а это означало, что я лишаю себя свободы любить. Любовь всегда делает нас уязвимыми, а я решил никогда не быть уязвимым.
Второй мой зарок состоял в том, что я буду, во что бы то ни стало, удовлетворять свои потребности. Результатом этого зарока стали годы погони за гомосексуальными связями. Мне требовался физический контакт с мужчиной, я нуждался в порции чужой мужественности. Но в то же самое время я знал, что делаю что-то не то, я сознавал свою неверность жене. Я знал, что когда-то пожну ужасные последствия своего поведения. Но у меня была такая потребность, и я — будь, что будет! — искал ее удовлетворения.
Власть таких детских зароков может быть сокрушена в момент обращения ко Христу, как это произошло в моей жизни, или же может постепенно сойти на нет, когда Дух Святой побуждает принять новое решение, отменяющее старое. Тем не менее, и среди христиан, обращающихся к нам за помощью, многие по-прежнему находятся во власти детских зароков. Исследуйте молитвенно свою жизнь, свое сердце. Определите, живете ли вы все еще во власти «никогда» и «всегда», которыми зареклись в детстве. Просите Господа открыть вам сделанные зароки, а затем предстаньте пред Господом в молитве и отрекитесь от них. Просите Бога, чтобы их власть больше не имела силы над вами, чтобы Он вложил в ваше сердце новые обязательства, несущие жизнь. А еще лучше, найдите кого-то, кто помолится вместе с вами об этом. Пусть он или она станут свидетелями того, что вы отрекаетесь от старых путей самозащиты, объявляя себя независимым от них. Пусть этот человек подтвердит, что отныне вы как сын живете под покровом Отца.
Непрощение
Второй призрак, непрощение, держит в плену прошлого бессчетное число верующих. Иисус многократно говорил о том, что мы должны прощать, как сами были прощены. Многие христианские писатели, размышляя о теме прощения, наглядно показывают, что мы не будем свободны до тех пор, пока не простим обидчика. Я не стану слишком распространяться здесь на эту тему, но порассуждаю об одной области нашей жизни, в которой непрощение становится величайшим препятствием к возмужанию – это отношения с отцом.
Лиэнн Пэйн пишет, что непрощение — самое большое препятствие к исцелению. Я с этим полностью согласен, но хочу начать чуть раньше.
Главной помехой на пути к прощению является то, что мы не осознаем зла, которое сами совершили в отношении других. Пока мы не признаем свой грех в конкретном случае, прощение будет зыбким, сквозь него будет прорываться пламя осуждения. Прощение не изменит ситуацию или взаимоотношения к лучшему, если еще остаются вопросы, которые необходимо решить. То, о чем я собираюсь сказать, вовсе не относится ко всем преодолевающим, даже к тем, чья гомосексуальность явно связана с недостаточно близкими отношениями с отцом. Однако это встречается весьма часто, и мы настолько склонны к недооценке или даже отвержению этого явления, что, предлагая обсудить его, я надеюсь, что каждый читатель рассмотрит свою жизнь в молитве через призму этого вопроса. Начну я с личной истории.
Однажды июньским днем я был один, и мне вдруг пришло в голову, что у отца скоро должен быть день рождения. Точной даты я не знал. О ней я всегда спрашивал у матери и почему-то постоянно путал с Днем отца, который мы празднуем в США.
«Я не знаю дня рождения моего папы!» - обожгла меня внезапная мысль. В этот момент мне показалось, словно мое сердце кромсают раскаленными клещами, потому что я стал осознавать некоторые истины о своей жизни, возникавшие в моем сознании даже быстрее, чем я мог оформить это в слова.
Я не знал дня рождения отца, потому что отец не имел для меня никакого значения. Он никогда для меня ничего не значил. Да, он присутствовал в моей жизни, но это было для меня не важно. Я знал дни рождения мамы, брата, детей, жены, даже некоторых близких друзей, но точной даты рождения отца я так и не запомнил!
Внезапно передо мной встал образ моего отца. Он хорошо выглядел. Он старался быть добрым ко всем. У него было чувство юмора. Он работал консультантом с инвалидами и действительно желал им помочь. Он любил рыбалку, и, когда я был маленьким, он звал меня с собой. А я, как правило, отказывался.
Как этот образ отличался от моих обычных воспоминаний о нем! Мои воспоминания почти всегда были сосредоточены на его депрессии, от которой он страдал большую часть моей жизни: его погруженность в себя, его плач, посещения психиатра, наши с ним поездки на сеансы шоковой терапии, когда я был подростком. Как сильно возникший передо мной образ отличался от воспоминания о том, как однажды, уходя на лечение в психиатрическую клинику, он показывал мне, как зажигать огонь в газовой печи, если он погаснет, а я подумал тогда: «Спасибо, папа. Это все, чему ты можешь меня научить. Я уже сам делаю все то, что ты должен бы делать в доме». Глубочайшее презрение…
«Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе» (Втор. 5:16). Не странно ли, что только эта заповедь и запрет прелюбодеяния включены в десять заповедей для регламентации отношений в семье? Почему бы не сказать: «Родители, любите своих детей, и будьте к ним внимательны», или: «Мужья, любите своих жен и заботьтесь о них»? И почему это единственная заповедь с обетованием?
Эта заповедь не учит почитать отца и мать лишь в случае, если они хорошие родители или если стараются быть таковыми. И в этом заповедь согласуется с тем, как Новый Завет в принципе велит нам относиться к людям. И ап. Павел не говорит, что мы должны уважать правителей, если только они честны, справедливы и уважают демократию. И женам не сказано повиноваться мужьям только в том случае, если те проявляют мудрость и считаются с их мнением. И мужьям не сказано любить своих жен, только если те привлекательны. Божьи заповеди не основаны на условиях. Если бы это было так, мы ставили бы себя выше Закона, потому что сами определяли бы, выполняются ли условия. Но Бог говорит «люби», «повинуйся», «почитай». Точка.
Я не смог соблюсти одну из простейших, и, вместе с тем, самых основных заповедей. Я не почитал отца. Когда вся болезненная реальность моего греха обрушилась на меня, я стал рассуждать: «Да, я нарушил заповедь. Но ведь понятно, почему. Я был ребенок, и я нуждался в нем. А он не смог быть мне отцом». В ответ Дух Святой как будто сказал: «Возможно, в этом есть толика правды, но это никак не относится к тому, с чем Я призываю тебя сейчас разобраться. Ты не почитал своего отца». Странно, но ко мне вдруг стали возвращаться воспоминания о том, как он старался быть мне отцом. Он хотел, чтобы я пошел с ним рыбачить. Иногда по субботам он брал меня с собой к себе в офис. Да, в депрессивном состоянии он не очень-то мог выполнять отцовские обязанности, но вся правда открылась передо мной в одном этом — я никогда не позволял ему быть моим отцом. Я не почитал своего отца, и никогда не каялся в этом грехе.
Итак, в тиши того июньского дня я покаялся. Я плакал и просил Бога простить меня за то, что я не позволял отцу быть моим отцом, и за то, что я не почитал его. Через несколько дней я пришел на его могилу — впервые за десять лет, что его не было с нами, — и попросил его простить меня. Я прощен, но некоторая грусть остается. Я по-прежнему оплакиваю упущенную возможность быть сыном и позволить отцу быть мне отцом .
Мне было очень важно «отпустить» отца прежде, чем я мог бы достичь полноты мужественности. Отпустить кого-то всегда означает простить, но в моем случае прощению должно было предшествовать покаяние. Я должен был покаяться в том, что отвергал его. Я должен был покаяться в том, что так много лет судил его. Это не роль сына.
Заповедь почитать наших родителей содержит обетование, что нам будет хорошо. Это имеет самое непосредственное отношение к борьбе с гомосексуальностью. У нас не получилось позволить отцам занять свое место в нашей жизни — и в этом основная причина гомосексуальности. Вы не сможете стать мужчиной, пока не станете сыном. Вы не сможете быть сыном, пока не признали или не научились почитать своего отца.
Некоторые читатели этой книги действительно подвергались насилию со стороны своих отцов. Это могло выражаться в рукоприкладстве, словесном унижении или даже сексуальных надругательствах. Со мной такого не происходило, поэтому я не считаю себя достаточно компетентным, чтобы подробно говорить об этом. Мне кажется, многие жертвы такого обращения нуждаются в исцеляющей молитве, прежде чем они будут способны простить своих отцов. Даже им необходимо «отпустить» отца.
По своему опыту в служении я могу утверждать, что большинство гомосексуально ориентированных мужчин не подвергались насилию со стороны отцов. Наши отцы хотели бы стать хорошими родителями, но по какой-то причине - в них ли, в нас ли, или из-за обстоятельств жизни - они не стали для нас теми, в ком мы нуждались. Но у нас нет права судить их. Кто знает, могли ли они вообще быть лучше, учитывая отношение к ним их собственных отцов или обстоятельства их жизни, тогда, когда мы появились на свет? Нам не дано судить: мы можем лишь простить.
Каждому из нас предназначено быть отцом: в семье, или в обществе, в Церкви. Я стал отцом Лоры, Бет и Стива. Возможно, вы, подобно ап. Павлу, станете духовным отцом для других людей, или же как-то иначе воплотите свое призвание к отцовству. Истинная сущность мужественности обретается в способности быть отцом.
Однако если мы не отпустим своих отцов, мы так и будем жить под гнетом всей той неправды, что они совершили с нами. Если мы не отпустим их, но будем настаивать на том, что они должны быть совершенными (или должны были быть в прошлом), мы никогда сами не отважимся стать отцами, ведь мы будем знать, что и сами не сможем быть совершенными. Как вы прощаете, так и вам прощено будет.
Как же нам простить своих отцов? Все начинается с решения, что мы хотим простить. Затем необходимо предстать пред Богом. Вы можете помолиться приблизительно так:
Отец, я хочу простить моего папу. Помоги мне сделать это. Я сам хочу нести ответственность за свою жизнь, за принятые мною решения, и я освобождаю его от ответственности за то, кем я стал. Господи, покажи мне, в чем я согрешил против него. Покажи, если я отвергал его или судил. Если это так, я каюсь в этих грехах. Господи, я прощаю папе все зло, которое он мог причинить мне, вольно или невольно, и предаю его в Твои руки. Молю Тебя о том, чтобы мне на деле или в памяти почитать его как отца, чтобы я сам мог быть свободен, и стать таким мужчиной и отцом, каким Ты хочешь, чтобы я был. Во имя Иисуса. Аминь.
Если ваш отец жив, и обстоятельства позволяют, постарайтесь помириться с ним. Это значит, что вы должны показать ему, что признаете свои прегрешения против него. И если вы действительно простили его, вы не должны требовать от него покаяния в грехах против вас. Если он примет ваше прощение, вы будете благословенны. Если он не признает, что сделал что-либо, достойное покаяния, Бог Сам позаботится о мире вашего сердца. Бремя непрощения будет снято, и вы освободитесь от этого призрака прошлого. Если вашего отца уже нет в живых, или примирение невозможно, вам все равно нужно покаяться.
А затем - ищите, как стать сыном Отца Небесного. Когда я стал христианином, мне было легко общаться с Иисусом, но, пройдя через тот опыт, о котором я только что рассказал, я стал все больше приближаться к Отцу. Для меня стало радостью — чувствовать себя настоящим сыном и переживать исцеление, открывшееся благодаря этому!
Ложное «я»
В момент обращения, как сказано в Ефес. 4:22-24, мы отказались от своей прежней, истлевшей природы с ее обольстительными похотями, для того, чтобы облечься в новую природу, отражающую праведность и святость Самого Бога. Если мы уподобляемся Христу и соединяемся с Ним, это становится духовной реальностью для каждого из нас. Однажды мы станем такими, как Он; облечемся в Него во всей полноте. А сейчас в нашей жизни еще остаются области, где новая природа пока никак не проявила себя, и нам предстоит еще не раз снимать с себя ветхое и одеваться в новое. Там, где раньше нас связывали грехи эгоизма и самозащиты, теперь, благодатью и силой Святого Духа, стали возможны изменения. Да, это не совершится без напряженной борьбы, но мы можем совлечь с себя старые способы преодоления трудностей, и облечься в новые, угодные Богу и сообразные с нашей новой природой.
Этот метод «совлечения и облечения» подходит для всего, что связано с выходом из гомосексуальности, это центральный фактор в вопросе «вырастания» из нее.
То, во что мы облекаемся, многого стоит! Мы облекаемся в мужественность: зрелую, угодную Богу, уверенную в себе мужественность, бьющая ключом! Мы становимся тем, к чему стремится наша истинная природа, и такими, какими желает нас видеть Господь.
Но что же нам необходимо совлечь с себя? Ответ не столь очевиден. Если кто-то ведет себя не по-мужски или не так, как вел бы себя зрелый мужчина, кто же это? Это мальчик. Если ваша гомосексуальность связана с вопросом самовосприятия, идентичности, можете быть уверены, что вы просто живете в роли «мальчика». Почти по всем физическим параметрам вы выглядите как мужчина, но «мальчик внутри вас» командует вами, управляет чувствами и ставит перед вами препятствия, когда вы решаетесь двигаться куда-то дальше. Часто это ощущается, как будто он — это вы и есть.
Когда я только встал на путь возмужания, я ощущал себя в присутствии мужчин как мальчишка, особенно в присутствии христиан, казавшихся уверенными в себе и в ладах со своим мужским началом. Я слышал подобное от многих преодолевающих. Общение с мужчинами, особенно в неформальной обстановке, вызывало у меня старое ощущение, очень сильное и болезненное: «Я другой». Быть другим значило быть хуже, в чем-то неполноценным. Это причиняло боль, это ранило, и даже после того, как я принял решение выйти из гомосексуальности, это ощущение продолжало меня опустошать. Оно приходило как непрошенное напоминание о том, что я еще не исцелен. В этом – отрицательная сторона ощущения себя «маленьким мальчиком». Я ненавидел это и жаждал от этого избавиться.
Однако в ощущении себя «ребенком» есть и привлекательная сторона, от которой, быть может, не очень-то хочется и отказываться. Мальчик зависит от других. Он имеет право занять оборонительную позицию, его активная позиция как бы не обязательна. Мальчика можно извинить за то, что он не может чего-то сделать. Он может избежать некоторых обязательств, свойственных зрелому мужчине. Воспринимать себя мальчиком удобно, в этом есть определенная выгода.
Прежде, чем мы продолжим тему «мальчика внутри нас», позвольте заметить, что я вовсе не имею в виду нормальное ребячество, которое время от времени просыпается во всяком здоровом мужчине: желание поиграть, беззаботность, способность веселиться и ни о чем не беспокоиться. Это положительная черта, она делает мужчину привлекательным.
Здесь я говорю о «детскости», отражающей эмоциональную незрелость; это неотъемлемая составляющая гомосексуальности. Выражение ее мы видим в самом гей-мире: ассоциации с детьми сквозят в названиях фильмов или музыкальных групп, там часто присутствуют «мальчики» (boys); мы видим эту незрелость в тридцатипятилетнем мужчине, который одевается как подросток или пытается выглядеть по-детски невинно. Если мы обратим внимание на гей-сообщество, то часто нам встретятся люди, у которых отсутствует глубинное чувство, что они мужчины. Такой человек знает, что он не женщина, хотя одежда унисекс и специфическая манера общения и могут укреплять у него ощущение собственной женственности. Но в глубине души он просто ребенок.
Приглядитесь к гей-параду, и вы увидите огромное число мужчин, ведущих себя подобно подросткам. Перед вами предстанет желание показать себя, не свойственное зрелости, юношеский нарциссизм, ребяческое бунтарство. Склонность геев делать из своей жизни трагедию, принимая образ жертвы, - это просто проявление незрелости. Ни один здоровый мужчина не захочет быть жертвой. Вот уж, действительно, гомосексуальность есть задержка развития.
Я говорю об этом, потому что для каждого преодолевающего важно увидеть незрелость, обязательно присутствующую в гомосексуальности. Возможно, большинство моих читателей не красовались своей незрелостью так, как это описано выше. В таком случае, может быть, ваша ситуация схожа с моей: стараясь поступать и жить как мужчина, я постоянно чувствовал себя мальчиком.
Разумеется, не только гомосексуалы не ощущают себя зрелыми мужчинами и не могут вести себя соответствующе. В нашей культуре, когда отец постоянно отсутствует дома, на свет появляется огромное количество мужчин, у которых все в порядке с ориентацией, но при этом незрелых, безответственных, нарциссичных и глупых. Они не способны управлять собой, брать на себя ответственность за свои поступки, в особенности, за своих детей; и их поведение и стиль жизни вряд ли лучше того, что мы находим в гей-коммьюнити.
Есть, однако, и различие. Эти гетеросексуальные парни, похоже, остановились в своем развитии на позднем подростковом возрасте. Большинство же из нас застряли еще в препубертатном периоде. Те прошли через период полового созревания, мы — и не начинали его.
Нам не дано знать, был ли Питер Пэн гомосексуально ориентирован или нет. Джеймса Барри нет с нами, чтобы раскрыть эту тайну. Но Питер Пэн был юношей, принявшим решение никогда не взрослеть. Несколько лет назад популярная психология предложила его в качестве модели мужчины, отказывающегося поступать по-взрослому. Общественное мнение постепенно освободилось от синдрома Питера Пэна, однако его образ очень подходит к нашему обсуждению.
Быть «ребенком» удобно. Это позволяет избежать ответственности, ведь ответственность сопряжена с неудобствами. Но Бог возлагает на нас ответственность. На нас, мужчин, Он возложил ответственность заботиться об Эдеме, обо всем творении. Он создал нас по Своему образу, чтобы мы владычествовали над всем Его творением. Он Сам возложил эту ответственность на нас. И когда грех вошел в мир, мы не освободились от этой ответственности, мы лишь узнали, что отныне возделывание земли превратится в тяжелый труд. Изначально предполагалось, что возделывание Сада будет приносить совершенную радость. Если бы человек исполнял свое предназначение, он переживал бы блаженство. После грехопадения весь мир вместе с нашей падшей природой как будто ополчились против нас. Ответственность стала бременем, но нас от нее никто не освобождал. Решившие оставаться детьми, выбрали удобство (или избегание боли) вместо того, чтобы расти, становиться мужчинами, принимая на себя ответственность, возложенную Богом. В этом смысле, гомосексуальность — бунт против Бога.
Ответственность проистекает из любви. Мы берем на себя ответственность за Божье творение, потому что мы любим Бога. Мы берем ответственность за женщин, за детей, за других мужчин, которые могут нуждаться в нас, и за всякого ближнего — из любви к ним. Интересно, что 13 глава первого послания Коринфянам, этот великий гимн любви, Павел завершает словами: «Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое». Послушание Богу требует, чтобы мы оставили младенческое, перестали внутренне быть «маленькими мальчиками».
До сих пор мы говорили о «ребенке внутри нас», но настало время «вынуть» его изнутри и поставить рядом. (Не бойтесь, для этого не понадобится хирургическое вмешательство!) Конечно, оба эти образа — «ребенок внутри» и «ребенок рядом с нами» — это метафоры или иллюстрации для выражения истины, которую трудно показать как-то иначе. Я надеюсь, мужчинам, с их способностью визуального восприятия, это должно помочь.
В книге «Кризис мужественности» Лиэнн Пэйн рассказывает историю Ричарда, используя образ человека, идущего рядом с собой . Это весьма подходящая метафора, потому что в таком случае этот «внутренний ребенок» воспринимается вполне как отдельная личность. Мужчины, с которыми мы работали в подобной манере, воспринимали боль своих «внутренних мальчиков» так, как если бы им пришлось столкнуться со страданием любимого племянника или сына друга.
На собраниях групп поддержки у нас, в «Возрождении», я говорил, что мужчина может нести некоторую ответственность за неправильный выбор, который он сделал, будучи ребенком, даже если при этом имелись смягчающие обстоятельства, например, ситуации отвержения или насилия. Слыша это, мужчины всегда довольно резко накидывались на меня в защиту этого ребенка. И хотя у них могут быть веские причины для этого, тем более, что моя позиция довольно радикальна, на самом деле они перескакивают на защиту своего «маленького мальчика», как бы им и не хотелось этого признавать.
Чтобы стать мужчиной, вы должны отпустить этого «мальчика». Возможно, для вас это будет особенно трудно, если вам его жаль, или же если он обеспечивает вас надежным укрытием от суровых требований мужественности. Да, может быть больно при одной только мысли отпустить его, страшно от необходимости это сделать; но, прежде чем надеть на себя что-то иное, необходимо снять с себя старое. Внутри вас нет места одновременно и для этого «мальчика», и для взрослого мужчины.
Как и большинство важных решений, которые мы принимаем как христиане, этот шаг предполагает взаимный обмен с Богом. Вы должны отдать Отцу своего «маленького мальчика», а от Него вы получите свою мужественность. Перед этим потребуется много молитвы. Взвесьте все обстоятельства того, что собираетесь предпринять - ведь вы собираетесь пожертвовать состраданием к самому себе. Теперь вы не вправе сказать «нет», когда от вас требуется поступить по-мужски. Вы отрекаетесь от способов, с помощью которых раньше оправдывали свое эгоистическое поведение. Взвесить все обстоятельства - означает уже сейчас, прежде чем вы приступили к обмену, пережить определенную боль и скорбь. Это важно, чтобы впоследствии не передумать и не отменить своего решения. Нужно как бы сказать Богу: «Я решил никогда больше не возвращаться к мальчику внутри меня». Да, время от времени вы будете терпеть неудачу и снова возвращаться к нему, но эти неудачи не должны отменять самого решения. Если решение твердо, вы можете покаяться и вернуться на верный путь.
Бог будет показывать вам в молитве, когда и как вам следует отпустить своего «внутреннего ребенка». Возможно, если у вас развито образное мышление, вы можете увидеть это и как духовный, и как физический акт.
Я хотел бы поделиться с вами способом, который может помочь вам увидеть это действие как священный обмен. Представьте себе следующее. Вы с вашим «мальчиком» идете вместе по дороге, пересекающей широкую, плоскую равнину. Он идет рядом с вами, вы держите его за вашу руку. Его близость внушает вам чувство безопасности, и вы счастливы от этого. На горизонте появляется фигура и движется по направлению к вам. Чем ближе она подходит, тем больше вы убеждаетесь в том, что это Иисус. Через несколько мгновений Он уже стоит прямо перед вами и вашим «мальчиком». Все происходит без слов. Он протягивает вперед руку и поворачивает ее ладонью кверху, как будто для того, чтобы взять что-то. Вы понимаете, что это означает. Сердце начинает биться быстрее, хочется крикнуть: «Нет, нет, не надо!», в слезах, вы берете руку вашего «мальчика» и вкладываете ее в руку Иисуса. Все происходит в полном молчании. Они поворачиваются и рука об руку удаляются от вас по дороге. Вы стоите и смотрите, вам больно. Вы никогда не были так одиноки, так бессильны, так обнажены. Ваши глаза, в которых стоят слезы, устремлены на них, мужчину и маленького мальчика. Затем, как только они полностью исчезают из вида, вы чувствуете, как на ваше правое плечо ложится рука, сильная, крепкая рука. От нее исходит тепло и начинает наполнять все ваше тело. Вы не отваживаетесь оглянуться, вы боитесь не увидеть там Того, Кого ожидаете увидеть. Затем Вы чувствуете, как Его рука обнимает вас, и осознаете, что это Он. Теперь вы смело поворачиваетесь к Нему. Да! Это Он! Это Иисус! Он улыбается, кивает головой, слегка подталкивает вас рукой и просто произносит: «Пошли». Вы и Он вместе отправляетесь в путь.
Что случилось с вашим «маленьким мальчиком»? Я не знаю. Вы узнаете это тотчас, или Бог откроет вам это позже в молитве. Если в вашей жизни была какая-либо травма, например такая, как сексуальное насилие, или болезненное отвержение, или жестокое унижение, я уверен, что Иисус исцелит вашего «маленького мальчика» от всех последствий этого опыта.
В детстве я не перенес никакой травмы, но по какой-то причине через всю жизнь пронес глубокое чувство никчемности. Несколько лет назад, во время исцеляющей молитвы, у меня было очень живое переживание: Святой Дух перенес меня в детство, мне было четыре или пять, и показал такую картину. Иисус пронес меня по всему кварталу, в котором мы тогда жили, - для меня он представлял целый мир. Мы зашли в аптеку на углу, потом в парикмахерскую. Мы побывали дома у нескольких моих друзей. Он держал меня высоко, как будто гордясь мною и желая, чтобы все видели меня. Я был чрезвычайно горд: Сам Иисус нес меня на виду у всех соседей! Когда мы обошли весь квартал, мы зашли к нам домой. Вот и все. Это было так просто. И я верю, что именно в этой молитве Иисус исцелил «маленького мальчика внутри меня» и посеял во мне зернышко самоуважения, которому предстояло расти в течение следующих лет.
Когда я впервые попытался образно представить картину передачи «внутреннего ребенка», это напомнило мне историю с Авраамом, возлагающим своего сына Исаака на жертвенник в знак своей верности Богу (Быт. 22). Нет лучшего образа того, как нам надлежит отдавать Богу то, что мы почитаем за ценность, — идолов и грехи. Однако этот образ не совсем подходит для того, что обсуждаем мы. Возлагая наших идолов и наши грехи на жертвенник, подобно Аврааму, мы должны знать, что не сможем забрать их обратно. В случае с нашим «внутренним ребенком» это не так.
Бог хочет, чтобы вы знали: Он отдаст вам вашего «маленького мальчика». Втайне от вас будет сделана особая операция, после чего ваш «мальчик» снова окажется в вашем сердце, но уже не с тем, чтобы жить вместо вас. На этот раз вы почувствуете, что он начал расти под покровом вашей мужественности. Исцеленный ребенок, теперь принадлежащий Богу, войдет в ваши руки, ноги и грудь. «Мальчик внутри» и внешний взрослый соединятся в единое существо, в цельного мужчину, созданного по образу Божьему. Все мужественное, что зрело в вас в течение всей жизни, и повзрослевший, искупленный мальчик соединятся. Вы наконец-то облечетесь в полноту своей мужественности.
